ПУТЕШЕСТВИЕ

Тунис

Если спросить у десяти разных людей, побывавших в Тунисе, 
что это за страна, вы услышите десять разных мнений. 
«Это сплошной ботанический сад», – скажет один. 
«Дикость и нищета», – презрительно фыркнет другой. 
Третий, пуская слюнки, поведает о гигантском лобстере в хаммаметском ресторане. Четвертый бросится взахлеб живописать гонки на джипах по пустыне. И вам останется только одно: поехать и разобраться на месте

Тунис – это полу-Африка, полу-Европа. С одного боку у него Средиземное море и апельсиновые рощи, с другого – пышущая жаром пустыня Сахара с туарегами и дромадерами. У этой страны несколько составляющих. Может быть, основная, позволяющая проникнуть в самую тунисскую суть, восточный базар.
СУК СУКУ РОЗНЬ
Я иду через сук (базар). Шаг влево – кофейня, шаг вправо – минарет. Улицы-лавки, вместо неба – круглые своды, ковры и бурнусы, вместо воздуха – крепкий настой кардамона, шафрана и имбиря, верблюжьих кож, миндальных козинаков, благовоний, мускуса и драгоценной амбры. Этот сук уже пятьсот лет непрерывно благоухает, звенит серебром и зазывает отведать, купить, обменять. Рынок хитер, умен и всеведущ. Он знает, кто вошел на его территорию – доверчивый японец, не понимающий, что значит торговаться, или бережливый немец. Он жадно вслушивается в речи иноземцев, перенимает слова и выучивает языки. Заслышав русскую речь, торговцы бойко кричат вслед нашим туристам: «Наташа! Покупай! Заходы! Карошая цены!» Наташами называют всех – и женщин, и мужчин. Для женщин прибавляют знакомое: «Красывая дэвушка».
РЫНОЧНАЯ ЭКОНОМИКА
Сук – это в основном для туристов. Кроме таких постоянно действующих уличных рынков, в Тунисе есть Еженедельные Базары (именно так – с большой буквы, с придыханием, со значительно поднятым пальцем). В каждом городе свой базарный день и свои особенности ассортимента. На эти рынки съезжается почти вся страна: одна половина – продавать, другая – покупать. Базары – тунисская достопримечательность. Взять хотя бы пятницу в Набуле: примерно до полудня там работает рынок верблюдов. Поскольку верблюдов в этой части страны выращивают исключительно для обслуживания туристов, на рынок приводят дрессированных животных. Они не плюются, танцуют под заунывную музыку и катают желающих. Кроме верблюдов, почтенную публику развлекают лихие берберские джигиты на маленьких крепких лошадках. Настоящие ездовые верблюды продаются по четвергам в Дузе, и этот рынок, совсем не туристический, гораздо живописнее. Тем более что возле базарной площади начинается пустыня.
С целью приобретения товаров посещают:
- в понедельник – Кайруан (шелковые ковры и изделия из меди) и Матмату (овечьи шкуры, шерстяные и хлопковые берберские ковры);
- во вторник – Бизерту (кораллы и филигранное серебро, благовония);
- в четверг – Джербу (украшения из литого серебра, керамика);
- в пятницу – Набуль (роскошная керамика, опять серебро и дешевая кожа);
- в воскресенье – Таузар (финики, но еще и «геометрические» ковры) и Сус (все на свете включая специи, ковры, керамику, кожу, медь, серебро и пластмассовые тазы).
ПО СЛЕДАМ ГАННИБАЛА И САЛАМБО
Главная из официальных тунисских достопримечательностей – национальный музей Бардо. Он позволяет говорить о себе в превосходной степени: это самый большой музей в странах Магриба с самой крупной в мире коллекцией римских мозаик. В музее Бардо начинаешь проникаться ощущением вечности и исторической весомости Туниса – в его залах собраны археологические находки эпохи Карфагена, Пунических войн, античности и римского владычества. А еще можно проникнуться ощущением вечности на развалинах самого Карфагена, основанного три тысячи лет назад.
В Карфагене почти не осталось ничего пунического. Катон Старший слов на ветер не бросал – город был разрушен. Как гласит легенда, камни его разбросали, а землю перепахали и посыпали солью. Правда, несколько камней и колонн все-таки уцелело. Археологическая зона включает холм Бирса с национальным музеем Карфагена, усыпальницу жертвенных младенцев Топхе Саламбо, пунические порты (круглый холм, окруженный водой), термы Антонина, мозаики римских вилл, фундаменты базилик Дамус-эль-Кариты, сильно обновленный театр. На самом деле Картаж – прелестный пригород Туниса. Он утопает в бугенвильях и мимозах, а с холма Бирса открывается роскошный вид на бухту и горную гряду за ней, увенчанную двуглавой горой, на озеро и столицу.
Другим древним городам на территории Туниса повезло больше. Дугга – пуническая Тхугга. Всего в полутора часах езды от столицы среди холмов возвышаются стены древних храмов и театра, колонны Капитолия, остатки терм, богатых вилл и публичного дома. Сохранился даже трехэтажный мавзолей нумидийского принца, правда, вездесущие англичане перевезли часть содержимого усыпальницы в Британский музей.
В Эль-Джеме (древнеримский Тисдрус) неплохо выглядит второй по величине после Колизея амфитеатр, в котором когда-то неистовствовали 40 тысяч зрителей. Теперь в нем играют только свет и тень, но их игра гениальна, тем более что происходит она на фоне современного «города» – одинаковых одноэтажных кубиков, сложенных в бесконечные улицы посреди бесконечной равнины.
Третий остров сокровищ для любителей полазать по руинам – Сбейтла. Геометрический город Сефетул построил император Веспасиан. Выведенные по линейке улицы прерываются арками, храмами и византийскими башнями – здесь смешалось множество эпох и цивилизаций, прежде чем приверженцы Аллаха привели их к единому печальному знаменателю. По руинам бродят туристы и доморощенные гиды, рассказывающие древнеримские истории на арабский лад. Жилой город имеет точно такую же правильную планировку, только туристов в нем совсем нет.
САХАРНАЯ ПУСТЫНЯ
Кроме восточных базаров и античных древностей, в Тунисе есть Африка. Если кактусы, пальмы и верблюды – явление интерконтинентальное, то

пустыня Сахара – несомненный африканский эксклюзив. В пустыню есть два пути: по небу (аэропорт «Таузар») и по земле. У путешествия на самолете только одно преимущество: можно увидеть сверху круглые макушки финиковых пальм, похожие на детсадовские снежинки или на пляжные зонтики. Путешествие по земле предполагает невероятные пейзажи и миражи на десерт.
Пустыня не сразу вступает в свои права. Сначала она робко пробует силы. По дороге в Сус начинаются ровные пространства до горизонта, поросшие красноватой травой, – соленая земля. Единственные возвышения на этих равнинах – пасущиеся верблюды и овцы. Время от времени встречаются глинобитные развалины или палатки – деревни кочевников бедуинов. В каждой такой деревне-дуаре есть свой шейх.
От Суса до Сфакса тянется сахель – страна оливковых и миндальных рощ. Путь в пустыню открывает Габес, который уже много веков встречает и провожает караваны. Вот отсюда и начинается настоящая экзотика. Здесь можно залезть в самые странные в мире укрепления – берберские ксары, напоминающие земляные ячейки! Ксары тянутся по краешку пустыни и образуют целые деревни. У больших ксаров даже есть имена. Для пущей экзотики в них можно переночевать. Только продукты придется брать с собой – кухни там есть, а ресторанов нет.
Холмы переходят в горы, утыканные редкими щетинками колючих кустов и кактусов, раскраска земли и неба становится доисторической. Или инопланетной – кому как больше нравится (здесь, в районе Тижмы, Спилберг ваял свои «Звездные войны»).
Автобус остановился посреди невразумительных холмов, по склону бродили овцы, возле дороги гоняли мяч мальчишки, лаяли собаки. Все было, как в обычной деревне, за исключением мелочи: нигде не было домов. Матмата – деревня троглодитов, которые живут под землей. В дома они попадают через дырку в крыше, а самые хозяйственные умудряются устраивать даже подземные дворики. Приглядевшись, мы наперебой начали показывать дырки в земле. Некоторые были с телевизионными антеннами.
Троглодиты изобрели свои жилища не от хорошей жизни – так они спасались от захватчиков, которые то и дело ходили по Тунису то в одну сторону, то другую. Поэтому византийские крепости и турецкие форты были разрушены, а деревни вроде Матматы уцелели. Последний раз эта хитрость пригодилась троглодитам не так давно – во время второй мировой войны.
ДВЕСТИ ТЫСЯЧ ПАЛЬМ
Вы думаете, что оазис – это три гордые пальмы над источником, сплошная романтика и поэзия? Нет. Оазис – это просто огород. Он состоит из трех ярусов: на земле выращивают овощи, всякие огурчики-помидорчики с сельдереем, выше идут фруктовые деревья, а совсем высоко, у самого неба, растут финики, завернутые в желтый целлофан.
Для того чтобы это узнать, нужно долго-долго ехать по каменистой дороге совсем рядом с Большим Восточным Эргом, глядя на далекие горы и прислушиваясь к близкому дыханию Сахары. Время от времени барханы подступают к самой дороге, и путь им преграждают деревянные заборы – так местные жители пытаются не подпустить наступающую на них пустыню.
За таким же забором прячется деревня Дуз – не то последний оазис, не то первый бархан. Туристы бодро вытряхиваются из автобусов и джипов, бодро шагают к забору – и вдруг останавливаются, обнаружив себя на краю Великой Пустыни... Здесь начинается Большой Юг.
Край Сахары занимает большая стоянка верблюдов, всегда готовых оправдать свое звание кораблей пустыни. Мы сели на корабли и поплыли по барханам. Барханы были желтые, и в них, вырыв себе ямки, спали большие желтые собаки. Потом собаки кончились, а барханы остались. Пустыня удивительна. Она притягивает, завораживает бесконечными переливами мягких волн, своей огромностью и тайной угрозой. Она одновременно прекрасна и опасна, как океан. Больше нигде нет таких закатов, полыхающих во все небо безумием красок...
ЖИВЫЕ ЭКСПОНАТЫ
Таузар – замечательное место. Там можно остаться на пару дней, благо отели от 1 до 5 звезд всегда готовы вас принять. Во-первых, непременно нужно посетить местную пальмовую рощу, чтобы съесть финик прямо с дерева (сбор в ноябре). Местные огородники с удовольствием демонстрируют восхищенной толпе умение влезать по совершенно гладкому двадцатиметровому стволу и за пару динаров угощают добытыми финиками. По оазису туристов катают в конных экипажах и тележках, можно взять велосипед.
Знаменитый музей Дар Шераит – тоже в Таузаре. Кроме коллекций древностей, тут есть два живых экспоната: самый маленький и самый большой человек в мире встречают туристов у ворот дворца, за два доллара фотографируются с ними, а потом мирно попивают мятный чай в здешнем кафе. Почему-то женщины предпочитают фотографироваться с «самым большим», а мужчины – с «самым маленьким»...
А ГДЕ ЖЕ МИРАЖИ?
Миражи живут на озере Шотт-Джерид. Единственная дорога, пересекающая его, идет из Таузара в Кебили. Озеро соленое и сухое, но его твердую поверхность время от времени нарушают соляные болота. Местные жители очень не советуют гонять по Шотту на джипах, но туристы все равно гоняют. Стоит приехать в Тунис только для того, чтобы увидеть Шотт-Джерид, даже если миражи обойдут вас стороной. В этом бесконечном жемчужно-сером пространстве нет горизонта, небо сливается с землей, вернее, со странным, застывшим волнами снегом, все охвачено призрачным свечением, стирающим тени и четкие линии. Полная безжизненность, полная пустота.
А потом из-под земли появляется мальчишка, протягивает коричневатый гипсовый цветок и говорит: «Мадам, купите розу пустыни!».

Татьяна Мазур
Фотографии автора
Редакция благодарит турфирму «Авант» за прекрасную поездку

К СОДЕРЖАНИЮ НОМЕРА