|
Из аэропорта в Хельсинки мы выходили вчетвером. Все остальные остались дожидаться в транзитной зоне рейса на Нью-Йорк. Все остальные – это дедушки и бабушки с кошелками, видимо, летящие на ПМЖ. Их даже почему-то отсадили в последние ряды салона самолета. Перед взлетом стюардесса предложила оператору нашей группы переложить камеру с сиденья в багажный отсек над головой. «Но ведь она тогда может испортиться!» – возразил Витя. «В противном случае испорчусь я!» – хотела, видимо, сказать стюардесса, но промолчала и заставила пристегнуть «бетакам» ремнями. Обычно, как только шасси самолета отрываются от Бориспольской взлетки, я начинаю вспоминать, что я забыл. В этот раз я забыл полный кулек украинской водки, купленный в «дьюти-фри». Немного расстроившись, я подумал, что финны расстроятся еще больше, и порадовался за того, кто его найдет.
В Хельсинки на паспортном контроле было безлюдно. В глазах подошедшего через 15 минут офицера читался немой вопрос: «Вы точно не в Нью-Йорк?». Пришлось его огорчить. В зале прилета никого с «поисковыми» табличками я не обнаружил, только одиноко стояла девушка модельной внешности. Она ждала нас.
Через час мы уже ехали поездом в Турку. На одной из небольших станций под названием «Salo» наша группа заметно оживилась и начала немедленно выхватывать из кофров всевозможные объективы и лихорадочно фотографировать вывеску, правда пассажиры так и не поняли нашего оживления.
Проезд от вокзала Турку до гостиницы занял пару минут. Бросив там чемоданы, еще через час мы всей группой уже сидели в бочке с подогретой морской водой рядом с самой модной сауной самого старого курорта Айристо и обсуждали, почему у финнов вода в бочках возле саун не ледяная, а подогретая до 40 градусов. А после того, как узнали, что для туристов это стоит $150 за полчаса с человека, начали обсуждать возможность приобретения участка на этом бережке и транспортировку сюда пары десятков бочек. По дороге обратно я потихоньку, не нависая особо, но уверенно и методично начал насиловать сопровождающих нас туркских экскурсоводш на предмет какого-либо экшена в городе. Пока они только разводили руками.
Вечером мы неспешно (2,5 часа) поужинали в каком-то навернутом викингском ресторане. На стенках висели лоси, медведи, кабаны, викинги и прочая дичь, но мы почему-то выбрали марала (или морала, я не помню), потому что никто не знал, что это. С него-то все и началось, но об этом позже.
Гуляя по ночному Турку (100 метров влево и 100 метров вправо от гостиницы), я неожиданно обнаружил листовку с профилем банджи-джампера, приклеенную жвачкой к какой-то витрине. Финский язык самый сложный в мире, 14 падежей стоят того. Леся (девушка модельной наружности, встречавшая нас в аэропорту) говорила, что отдала этому языку 7 лет. Поэтому я аккуратно отодрал листовочку, в надежде завтра перевести ее.
Утром одна из экскурсоводш, размахивая картой, радостно ринулась ко мне обниматься. Оказывается, ей удалось договориться нырнуть. Я с удовольствием пожертвовал запланированными экскурсиями, взял прокатную «Рено» (с двигателем 1,0) и карту с обведенным в кружочек каким-то островом в паре сотен километров и поехал нырять.
Ненавижу малолитражки. Они разгоняются только на первой передаче. Но и этого хватает, чтобы погонять по финским шоссе. Дело в том, что по своим дорогам финны ездят кортежами по 20-30 машин, и никто никого не обгоняет: все едут на предельно разрешенной скорости – 70 км/час. И если вдруг взбредет в голову пойти на обгон, это уже будет противозаконным превышением
Через пару часов езды на автомобиле и ходьбы на пароме (которые во всей стране бесплатные) я прибыл в огромный яхт-клуб, при котором был крохотный дайв-центр, а при нем – средних размеров инструктор Петри.
Посмотрев, как я неуклюже надеваю 7,5-милиметровый костюмчик, Петри поинтересовался: «А ты вообще в холодной воде нырял?». «Конечно, в Крыму было градусов 12!» – уверенно соврал я. Сам Петри натянул на себя шерстяные рейтузы и свитер, поверху надел болоньевый костюм, а затем облачился в сухой гидрокостюм и в довершение пристегнул к нему практически космические перчатки, предназначенные скорее всего для выхода в открытый космос.
При первом погружении у берега меня не интересовало ничего, кроме температуры воды. А на дне (метрах на 10) ничего и не было, главное я понял, что при плюс 8 в воде можно жить. «А что же я увижу на втором погружении?» – недоверчиво спросил я у Петри. «Поедем на небольшой рек.» Рек – это затонувший корабль. Я оглянулся на яхт-клуб и подумал, что «небольшой рек» – скорее всего пошедший ко дну в прошлом сезоне водный велосипед, куда Петри теперь с издевкой водит туристов. Правда, вид лодки, на которой мы отправлялись, придал мне оптимизма: на корме у легкой пластиковой лодочки висел двухсотсильный ямаховский зверь, а вместо сидений было длинное седло со стременами для ног на дне и поручнями сверху. Как оказалось, это самая удобная поза, для того, чтобы не вылетать на скорости 50 узлов. Полчаса мы неслись на скорости под 100 км/час. В воде был только ямаховский винт, все остальное снаружи. Да и он, временами нависал над волнами, превращаясь в подобие самолетного пропеллера. Я уже был доволен, можно было даже и не нырять.
|
Погружения на реки в мутной и холодной воде при максимальной видимости 5 метров достаточно волнительны. Ты медленно опускаешься по веревке, а на тебя со дна ползет что-то непонятное, невероятно большое, постепенно вырисовываясь в корабль. От этого даже пробегают мурашки под гидрокостюмом, за исключением тех случаев, когда они оказываются муравьями. Этот «водный велосипед» оказался торговым судном, лежащим здесь уже 200 лет. Нос и корма благодаря холодной воде хорошо сохранились, а шпангоуты центральной части, обросшие ракушечником, торчали, как ребра огромного кашалота. Перед погружением Петя подробно рассказал мне как, минуя все островки архипелага, вернуться в яхт-клуб. Это на случай остановки его сердца. Тогда я сказал, что надеюсь, что это шутка. Во всем балтийском море на 30 метрах температура всегда постоянна, не зависимо от сезона. Это + 4 градуса. И через 15 минут в мокром костюме ты начинаешь ощущать, как немеют сначала пальцы, потом кисти и ступни, потом руки до локтя и ноги до колен... В этот момент мы наконец-то начали всплывать. И + 8 градусов на поверхности показались мне просто баней по сравнению с дном.
Вечером я таки нашел банджи, указанный в листовке. На набережной был молодежный фестиваль. Молодежи вывалило гораздо больше, чем на нашем Майдане в выходные. Прыгали со строительного крана над речкой. В Киеве есть парочка таких, в собственности МЧС. Лет 5 назад я обсуждал возможность прыжков с них. Высота стрелы 45 метров, а для банджи нужно минимум 50. Тогда эмчеэсовцы ничего не придумали. Финны же прикрутили к стреле еще 10 метров и прыгали себе. На аттракцион стояла большая очередь из желающих броситься вниз головой, но ни одного отказа от прыжка уже наверху я не увидел, в отличие от вышки в Гидропарке. Финны оказывается бесстрашней нас. «Прыжок с 60 метров (до воды) стоит 50 евро», – сказала кассирша. «10 метров скидка?», – спросил я, но она по-фински не поняла меня. Прыжок и пейзаж сверху особо не удивили.
…На ужин давали бизона (родственник марала). За столом, как водится, обсуждали политику. Бизона запивали финским узваром, который был ужасно похож на пектусин. Так вот о политике. Оказывается, что половина финского парламента – одни женщины, президент у них – женщина, за глаза ее называют мумми-мамой.
Следующим утром, распрощавшись с бизоном, мы собрались в холле. Та же экскурсоводша опять ринулась ко мне в объятия: «Нашли, нашли! Гонки! Вот телефон, вечером заедем!». Звоню. «Что за машины», – спрашиваю. «Хорошие, – говорят, – на багги похожи». «Какие движки?» – «Нет движков!». «Как нет? За оленями что ли?». «Приезжайте – посмотрите!».
Полдня мы провели в Мумми-трольском Диснейленде. Но все мумми-троли молчали (по контракту, чтобы не разочаровывать детей), плюшевые головы примерять не давали, а от грязных предложений сфотографироваться с ними в эротической позе просто убегали.
Вечером заехали на гонки. Машину (чуть больше картинга) цепляют к горнолыжному подъемнику и затаскивают на горку. В машинке только руль и единственная любимая педаль – тормоз. Сверху машинка автоматически отстегивается и попадает на извилистую 500-метровую трассу, где под действием силы тяжести разгоняется до 50 км/час. Неказистое действие затягивает – на каждом круге замеряют время, и можно наблюдать за своим прогрессом. Так что азартно катнулись все, даже невозмутимая Леся.
Вечером был лось, утром – огромный паром, а днем мы уже выгружались на Аландах – архипелаге из 2000 островков на полпути между Хельсинки и Стокгольмом. Аланды – место очень интересное. Принадлежит территории Финляндии, жители говорят на шведском, флаг – аландский. Главный бизнес на островах – судовладение, на второе место вышел туризм. На шопинг все ездят в Стокгольм и больше тяготеют к нему морально, но на хоккейных матчах Швеция – Финляндия болеют за финнов. Не служат в армии, но законодательно закрепили право на первоочередную защиту островов Финляндией в случае конфликта. В лесах архипелага – куча грибов, но аландцы собирают только лисички, боясь, что другие грибы (включая белые) можно спутать с поганками. Если спросить местного жителя: «ты финн или швед?», – он обязательно ответит: «я аландец!». Население всего 25 000 человек, в местном парламенте – 30. Если бы в Украине было бы принято такое же соотношение численности населения к депутатам, то в нашей Раде было бы 50 000 человек, и заседали бы они на Республиканском стадионе.
За скупость и бережливость аландцев называют балтийскими евреями. Практически все они миллионеры, но неизменно ходят в одних и тех же затертых джинсах. Как-то мы сидели в гостях у Александры (сама из Питера, живет на островах уже 10 лет) и в гостиную с упреком зашел муж: «Я каждый раз покупаю вино, а ты его выпиваешь, и в доме опять ничего нет!». Другая подлинная история про соседей Александры. Украинка явно не по любви вышла замуж за аландца. А он на полном серьезе через три месяца совместной жизни закрыл холодильник на висячий замок, сообщив супруге, что она слишком много ест и выходит за рамки семейного бюджета. Юрик сразу предложил дать объявление в местную газету о коммерческом взломе холодильников.
Далее>>>
|
ж
у р н а л д л я т е х, к
т о у м е е т о т д ы х а т ь
